Интервью: мэр Праги – о «хороших» и «плохих» россиянах, помощи Украине, грядущей зиме и антиправительственном митинге

Интервью: мэр Праги – о «хороших» и «плохих» россиянах, помощи Украине, грядущей зиме и антиправительственном митинге

Интервью: мэр Праги – о «хороших» и «плохих» россиянах, помощи Украине, грядущей зиме и антиправительственном митинге

Мэр Праги Зденек Гржиб дал большое интервью порталу Vinegret.cz. Одной из тем разговора стал масштабный антиправительственный митинг на Вацлавской площади, участники которого требовали сосредоточиться на внутренних проблемах Чехии и прекратить оказывать военную помощь Украине.

Кроме того, в разговоре с Фаридой Курбангалеевой глава чешской столицы высказал свою позицию по визовым ограничениям для россиян, поддержке украинских беженцев и российских эмигрантов, борьбе с советским наследием, перспективах грядущего отопительного сезона, и другим вопросам.

Что вы думаете об антиправительственном митинге, который состоялся 3 сентября?

Думаю, что люди пребывают в неуверенности и страхе. И если они не найдут поддержки в правительстве страны, то найдут ее где-то еще, например, у экстремистов. Премьер-министр Петр Фиала должен представить понятный план действий [в вопросе энергетики], иначе нас ждут неприятности. Со своей стороны мы уже предложили ограничить цены на электроэнергию и утвердили пакет помощи жителям Праги в размере 800 млн крон.

Согласны ли вы с мнением премьер-министра Фиалы, что митинг был организован пророссийскими силами?

Я нисколько не понимаю организаторов этого мероприятия. Помимо прочего, они способствуют разжиганию ненависти в обществе. Но я понимаю людей, пришедших на митинг – они обеспокоены энергетическим кризисом и ростом цен.

Вопрос о том, какой будет грядущая зима, действительно очень волнует пражан. Нам придется зимовать в холодных квартирах?

Наверняка придется экономить, потому что цены на энергоносители будут на рекордном уровне. Это означает, что нам необходимо подойти к источникам энергии рационально. Правительство говорит, что запасы энергии оно обеспечит, и что уже на 80% этот вопрос решен. Я надеюсь, они знают, что делают.

Со своей стороны мы точно будем стараться экономить на отоплении административных зданий –это решение идет в ногу с рекомендацией Евросоюза. Мы также будем делать ставку на возобновляемые источники энергии, например, отапливать административные здания с помощью тепловых насосов, используя воду из Влтавы.

В этом году в Прагу приехало огромное число украинских беженцев. Сумел ли город справиться с этим вызовом?

Я думаю, что да, определенно. Оценку нашим усилиям дали, в том числе, профессионалы из офиса комиссара ООН по делам беженцев. По их мнению, наша работа соответствует мировым стандартам. В рекордные сроки мы создали Центр помощи беженцам в здании Конгресс-центра. На пике кризиса он обслуживал 3700 человек в день.

Надо отметить, что украинское сообщество в Праге с начала года де-факто увеличилось вдвое. У нас в городе и в Среднечешском крае раньше проживало около 100 тыс. выходцев из Украины, а теперь их здесь примерно в 2 раза больше.

К нам приехали, преимущественно, женщины с детьми, потому что мужчины воюют на фронте. И я считаю, что эта война – не только дело Украины, это и наше дело тоже. Просто мы находимся в тылу, и бомбы на нас не падают. Но наша обязанность – позаботиться о беженцах, и это нужно делать осмысленно и эффективно.

Что конкретно было сделано для преодоления кризиса?

Мы оказывали помощь на нескольких уровнях. Сразу после начала вторжения мы выделили 10 млн крон правозащитной организации Člověk v tísni, которая уже долгое время работает в Украине – для того, чтобы активисты могли помогать людям прямо там, на местах. Наш Центр помощи беженцам, открытый в сотрудничестве с администрацией Среднечешского края, функционировал в режиме 24/7. На железнодорожном и автобусном вокзалах уже в конце февраля мы установили информационные киоски, чтобы люди могли сориентироваться в незнакомом городе.

Мы обеспечивали беженцев жильем – правда, в данный момент этот процесс приостановлен, потому что в Праге больше нет мест. По этой причине мы организовали палаточный лагерь в Трое – сейчас там размещены люди, для которых другого жилья не нашлось.

Для решения финансовых вопросов мы запустили сайт https://pomocukrajine.praha.eu/, координировали процессы помощи беженцам с помощью информационных бюллетеней, в которых содержались важные инструкции и все необходимые адреса. Разумеется, мы предоставляли Украине материальную поддержку, например, машины скорой помощи и небольшие передвижные электростанции.

Конечно, были и символические вещи – такие, как вывешенные на здании мэрии флаги Украины и Киева. Кроме того, мы переименовали часть улицы Korunovační возле посольства России в улицу Украинских героев и мост Виталия Скакуна – украинского военнослужащего, который взорвал переправу у Херсона, чтобы замедлить продвижение российских войск (сапер Виталий Скакун погиб, взорвав Генический мост 24 февраля 2022 года. - Vinegret.cz).

Вы лично встречались с беженцами?

В момент большого наплыва я посещал Конгресс-центр днем и ночью. Разумеется, не встречаться с беженцами было невозможно, и я со многими из них разговаривал. Кроме того, я общался с волонтерами, которые работали там, в основном, в качестве переводчиков. Без этих людей мы не смогли бы предоставлять украинцам качественную помощь, потому что не смогли бы понять друг друга. Как я уже говорил, беженцы – это, прежде всего, мамы с детьми, а также пенсионеры. Они составляют около 85% от всех, кто сюда приехал. У каждого человека есть личная история, зачастую очень трагическая.

Что произвело на вас наиболее сильное впечатление?

Прежде всего, на меня произвела сильное впечатление солидарность пражан, которые помогали украинцам с первых дней войны: они организовывали сборы денег, принимали беженцев у себя дома. Некоторые украинцы живут у местных до сих пор. Я испытываю чувство гордости за то, что жители нашего города способны вот так объединиться в нужный момент и работать с огромной отдачей.

Сейчас беженцы вынуждены стоять в огромных очередях за денежным пособием. Места в Центре занятости в районе Голешовице занимают с глубокой ночи. Город может решить эту проблему?

Решение вопросов с пособиями – это компетенция Центра занятости и его филиалов. Это отдельная самостоятельная структура, которая не принадлежит Праге, она подчиняется Министерству труда и социальных дел ЧР. Людей вводит в заблуждение тот факт, что часто филиалы Центра занятости расположены там же, где и городское управление – особенно в небольших городах. Но эти структуры были разделены еще 15 лет назад.

Я уже получил письмо от организации, которая занимается этим вопросом, и от самих беженцев с жалобой на эту ситуацию. Я ответил, что о проблеме мне известно, но я вынужден переслать их обращение руководству Центра занятости. К сожалению, напрямую на решение этого вопроса город повлиять не может. Отмечу также, что проблема заключается не в пропускной способности помещения в Голешовицах, а в недостатке персонала в Центре занятости. Будем честны, сейчас он испытывает огромную нагрузку, потому что активно занимается и своими непосредственными задачами по обслуживанию местного населения. Это действительно проблема.

Можно ли надеяться на ее скорое решение? Люди проводят в очереди сутки.

Я понимаю. Проблема еще и в том, что в Праге сейчас в 4 раза больше беженцев, чем в некоторых других регионах, и это не может не проявляться. «Вместимость» города превышена, город переполнен. Это касается и дефицита жилья, и ситуации в системе образования, где ощущается недостаток мест в школах.

Мы не хотим идти путем создания отдельных украинских школ или изолированных ячеек, потому что там не будет возможности интеграции, контакта беженцев с местными жителями, что плохо. Просто надо помнить, что Чехия имеет и другие возможности – это не только Прага, и важно этого не бояться. Я сам родился не в Праге, и мои родители спокойно и счастливо живут в другом городе.

Из-за того, что почти все беженцы хотят жить в Праге и ресурсы города исчерпаны, мэрия закрыла Центр регистрации беженцев в районе Высочаны. Однако чешское правительство открыло его снова. Это большая нагрузка для вас?

Я думаю, что нет смысла регистрировать людей в том месте, где мы не можем о них позаботиться. Поэтому я все это время призываю к тому, чтобы был создан механизм, когда мы могли бы перенаправлять беженцев куда-то еще. Например, в том случае, если они решат, что Прага для них слишком дорогая – а это может произойти, потому что Прага действительно дорогая для жизни, цены на аренду жилья здесь просто сумасшедшие.

Нужно, чтобы существовала возможность, когда мы сможем сказать: «У нас есть для вас жилье в Брно или Гавличковом-Броде, или в каком угодно другом месте. У вас двое детей, например, шести и девяти лет – для них там есть школа и садик, а для вас есть работа».

К созданию такой системы я призываю с марта, но, к сожалению, до сих пор правительство ее не организовало. А это и есть корень проблемы. Я считаю, что нужно заботиться о беженцах более эффективно, иначе мы все время будем за государственные деньги создавать ситуации, которые не идут людям на пользу. Повторюсь, нет смысла регистрировать людей там, где мы не можем им помочь, и эти очереди перед Центром занятости – как раз доказательство, признак того, что эта проблема существует, и она не решена.

Перед самым началом войны вы ездили в Украину и встречались с мэром Киева Виталием Кличко. Расскажите о ваших впечатлениях.

Я был в Киеве за 8 дней до начала вторжения. В тот момент министерство иностранных дел Чехии уже объявило Украину «сильно не рекомендованным для посещения регионом». Я не помню точно, какая там была формулировка, но такая поездка считалась небезопасной. И все-таки город еще функционировал в нормальном режиме. Тем сильнее меня шокировали кадры, которые я увидел по телевизору после визита – это были пострадавшие от бомбардировок высотные дома, мимо которых мы проезжали по дороге из аэропорта к городской администрации.

Совместно с мэром Варшавы Рафалом Тшасковским, мы предложили мэру Киева вступить в Пакт свободных городов (Пакт свободных городов был основан в 2019 году мэрами Братиславы, Будапешта, Праги и Варшавы для защиты и продвижения демократических ценностей, прав человека, верховенства закона, свободы слова, собраний и прессы. - Vinegret.cz). Я надеюсь, что это произойдет в сентябре, когда в Праге будет проходить саммит Пакта. Уверен, что жители Киева должны иметь возможность выбора свободного и демократического пути.

Какое впечатление на вас произвел Кличко?

Очень хорошее. Насколько я помню, это мэр, который работает уже не первый срок, а это значит, что он хорошо делает свою работу. Он показывал нам в своем офисе дэшборд с системой Smart City, которая отображает, что и где происходит в городе. Это современная технология, которую мы пытаемся ввести и у нас.

Конечно, наши города очень разные, но в чем-то они похожи. Хотя сейчас у администрации Киева совсем другие приоритеты. Во время нашего визита было видно, что город готовится к войне. Например, мы посетили одно из убежищ гражданской обороны – сразу после российского вторжения они стали интенсивно использоваться по всей Украине.

А вы сами верили, что начнется война?

Я лично – нет. По правде говоря, я не верил, что зайдет так далеко. У меня был шок.

А сейчас вы общаетесь с мэром Киева?

Да, мы долгое время общались по поводу гуманитарной помощи, которую пытались отправить в Киев. Но в первые дни войны это было очень сложно. При содействии Člověk v tísni мы все же смогли отправить в Украину гуманитарный груз. Я не уверен, что его удалось доставить прямо в Киев, но надеюсь, что он помогал в тех местах, где это было нужнее всего. Мы также общались и с командой Кличко – из-за необходимости соблюдать меры безопасности в тот момент это было довольно непросто. Я планировал поехать в Киев еще раз, но сейчас у нас началась предвыборная кампания – в конце сентября в Праге пройдут муниципальные выборы, так что пока это не представляется возможным.

Будет ли Прага адресно помогать какому-то украинскому городу или участвовать в его восстановлении после войны?

Да, конечно. У нас есть план отправить в Украину трамваи – они использовались в некоторых городах еще до войны. Насколько мне известно, сейчас идут переговоры о новых поставках с одним украинским городом. Но пока не буду говорить, с каким именно.

Как вы относитесь к тому, что российское посольство отказалось предоставить свои площади для размещения украинских беженцев?

Мне кажется, это уже просто вишенка на торте. Главная проблема – это, конечно, само вторжение в Украину.

При этом, здесь нельзя умолчать о важном факте – по сути, ровно 54 года назад советское посольство незаконно захватило часть общественного парка «Стромовка». В августе как раз отмечалась годовщина советского вторжения в Чехословакию, положившего конец Пражской весне. В 1968 году солдаты советской армии разбили в «Стромовке» лагерь, а потом посольство просто захватило это место и стало использовать для своих целей.

Мы хотим, чтобы оккупированная часть парка была возвращена общественности. Кстати, на этом участке построены жилые здания, в которых жили сотрудники российского посольства. Сейчас они пустуют, потому что большая часть этих людей была выслана из Чехии в рамках расследования взрыва склада боеприпасов в деревне Врбетице. Так что Прага уже давно настаивает на возвращении этой части парка городу, пражанам.

Как вы думаете, почему Россия так себя ведет?

Это интересный вопрос. Я бы сказал, что это провокационная натура, характер политической репрезентации Кремля. Просто они пробуют двигать границы – смотрят, сойдет ли это с рук, получится ли.

Но я думаю, что взгляд мирового сообщества на Россию с момента вторжения в Украину сильно изменился. И я верю, что европейские государственные деятели поняли, что политика умиротворения агрессора не работает, как она не работала и в 1939 году во времена Адольфа Гитлера.

Кто был инициатором покраски заборчика у российского посольства в цвета украинского флага?

Я бы сказал, что это была народная инициатива. Эта акция не была организована ни мэрией, ни даже городской частью Прага-6 (на ее территории расположено российское посольство. - Vinegret.cz). Это был спонтанный акт. Я бы, наверное, вспомнил еще один важный момент – переименование площади Pod Kaštany в площадь Бориса Немцова (тем самым сменился фактический адрес посольства РФ. - Vinegret.cz), что также было продиктовано гражданской инициативой. Петиция с таким требованием собрала тысячи подписей, и на этом основании площадь поменяла свое название.

Никаких проблем с переименованием не возникло, потому что никому не пришлось менять документы. Название Pod Kaštany осталось у проходящей через площадь улицы. Так что мы решили согласиться с мнением людей и назвали площадь в честь популярного оппозиционного политика, который за свои убеждения поплатился жизнью.

Вы принимали непосредственное участие в самой церемонии переименования, почему это было так важно для вас?

Я даже пригласил на эту церемонию российского посла, который, к сожалению, не пришел. Зато в мероприятии приняла участие Жанна Немцова – дочь убитого политика. Думаю, действительно важно помнить, что в России жили и живут люди, которые имеют мнение отличное от того, что поддерживает свита диктатора.

Почему вы считаете, что в Праге важно увековечивать память российских оппозиционеров?

Потому что мы сами испытали несвободу. И наш моральный долг — оказывать поддержку тем, кто еще не смог ее добиться. Мы не только переименовали площадь в честь Бориса Немцова, но и аллею в честь [убитой правозащитницы] Анны Политковской. Многие скажут, что это лишь небольшие символические жесты. Возможно. Но для россиян, которые уважают этих личностей, это нечто большее: они находят опору в своей вере в свободное и демократическое будущее своей страны. Вот почему это имеет смысл.

В Евросоюзе решили отменить упрощенный визовый режим с Россией, причем, Чехия вообще выступала инициатором полного запрета на выдачу шенгенских виз россиянам. Вы согласны с тем, что существуют граждане РФ, которые не должны ездить в ЕС?

Абсолютно согласен. Речь идет о представителях режима, которые, собственно, дали старт агрессии, развязали войну, и поддерживают ее течение. И я думаю, что ограничения должны касаться не только чиновников самого высокого ранга, но и представителей «обслуживающего персонала», назовем их так. Это люди, которые находятся на более низких уровнях, обеспечивая пропаганду и подобные вещи. Безусловно, они должны почувствовать на себе действие санкций.

Как раз недавно стало известно, что в Прагу переехала бывший топ-менеджер ВГТРК Агнесса Немировская. Выяснилось, что с середины 90-х годов она владела в Чехии фирмой и давно имеет здесь ПМЖ или даже гражданство. То есть она много лет занималась пропагандой, а теперь живет в нашем городе. Что делать с такими, как она? При этом, существуют россияне с демократическими взглядами, которым теперь будет сложно получить обычную шенгенскую визу.

Понимаю. Ну, я бы хотел, чтобы эта пани собрала свои манатки и уехала туда, откуда приехала. Хотя это, конечно, очень сложно сделать. Об этом стоило думать в момент, когда проходила проверка таких людей – когда они получали гражданство и тому подобное. Сейчас это будет тяжело исправить.

Как бы вы сами решили эту проблему? Можно ли сделать так, чтобы в Европу не приезжали «плохие россияне»?

Это очень правильный вопрос. И, скажу честно, я даже рад, что я не тот человек, который должен его решать – я занят другими вопросами, связанными, главным образом, с гуманитарным кризисом.

Конечно, это сложнейшая проблема, потому что имущество российских олигархов или же представителей властных структур, которое, абсолютно объективно, они не могли заработать честно, скрывается здесь при помощи более или менее хитрых способов. Причем, речь идет не только об отмывании «грязных денег», но и о спекуляциях с недвижимостью – эти люди покупают квартиры и дома, и не используют их для проживания. Опять же, это ведет к дальнейшему повышению цен на жилье в Праге. И все это непросто решить.

При этом, российские студенты, которые приезжали в Прагу на учебу и даже «ментально» становились чехами, теперь не могут этого сделать.

Я понимаю. Но различить, кто из россиян поддерживает режим, а кто не может находиться в России из-за репрессий непросто. Я понимаю, что и здесь, в Праге, живет много россиян, которые не согласны с режимом диктатора. И, разумеется, студенты или продавщицы в «русских магазинах» точно не могут нести ответственность за преступления путинского режима.

Поэтому вы посчитали важным высказаться против дискриминации представителей русскоязычной диаспоры в начале войны?

Я считаю, что важно не то, откуда люди, а то, каковы их намерения и действия. Никто не должен быть наказан за свое происхождение. Я отвергаю принцип коллективной вины. Нужно понимать, что многие россияне бежали в Прагу как раз из-за несогласия с путинским режимом.

Если вернуться к вопросу переименований: сейчас в Праге идет процесс переименования улицы Конева. Почему понадобилось это делать, если на здании уже висит разъяснительная табличка о том, что маршал был неоднозначной персоной?

С улицей Конева вопрос гораздо сложнее, чем с улицей Украинских героев или площадью Бориса Немцова. Потому что гораздо больше людей там прописаны, зарегистрированы, имеют юридические адреса, внесены в различные регистры и реестры. Тем не менее, нам придется заниматься этим вопросом, потому что таким было пожелание городской части Прага-3, принявшей резолюцию о переименовании.

Местные власти хотят увековечить память Карела Гартига, который многое сделал для развития Жижкова. Принимать окончательное решение придется мне. И у меня есть идея изменить законодательство таким образом, чтобы люди могли и дальше пользоваться своими документами до момента истечения срока их действия. Тогда переименование не было бы таким сложным процессом с административной точки зрения, и это вполне осуществимо.

Вы считаете, что важно избавляться от признаков советского прошлого в Праге – таких, как улица Конева или памятник Коневу, демонтированный в 2020 году?

Никто не оспаривает то, что Красная армия помогала освобождать Чехословакию. При этом, она не была единственной – кроме советских солдат здесь были союзники-американцы, которые зашли с запада Чехии. На востоке Моравии действовала румынская армия – в этом можно убедиться по памятникам, которые там стоят.

Однако тот конкретный памятник Коневу был поставлен в 1980 году, и на самом деле, это не было проявлением благодарности за освобождение. Это был, скорее, памятник подобострастию перед коммунистами в период сервильности (политика, так называемой, «нормализации» проводимая правительством ЧССР в 1969 - 1989 гг. - Vinegret.cz). То есть необходимо различать контекст, в котором это происходило. Кроме того, личность Конева сама по себе весьма спорная. Он писал доносы на своих коллег, и с моей точки зрения, не был честным человеком. Поэтому мы лишили его звания почетного гражданина Праги.

На этом фоне возникают вопросы о будущем станции метро Andel. Стоит ли сохранять советский барельеф «Москва – Прага»?

Я не думаю, что мы будем стёсывать этот барельеф. Эту станцию оформляли советские специалисты, тогда как в Москве существует станция "Пражская", которую проектировали чешские инженеры. Это был, своего рода, творческий обмен.

Если я не ошибаюсь, раньше станция Andel называлась Moskevská, а станция Háje носила название Kosmonautů, и там до сих пор есть скульптура, которая называется «Космонавты» – этот памятник тоже сносить не будут (скульптурная композиция изображает двух космонавтов: Владимира Ремека – первого космонавта Чехословакии и советского космонавта Алексея Губарева. - Vinegret.cz).

При этом, нужно отметить, что в 2014 году Прага приостановила, а потом вообще разорвала договор о побратимстве с Москвой и Санкт-Петербургом – в ответ на аннексию Крыма.

Как вы думаете, почему Прага всегда так чутко реагирует на политическую повестку?

Прага — уверенный в себе и открытый город, стоящий на ценностях свободы и демократии. Мы поддерживаем эти идеи и в рамках наших международных отношений, за которые я отвечаю. С самого начала мандата одной из моих целей было усилить положение Праги в этой области, и я думаю, что все идет неплохо.

Какие проблемы Праги вы считаете ключевыми?

Прежде всего, это доступность жилья – цены на него очень высокие. Вторая проблема тесно связана с нынешним подорожанием энергоносителей – как сделать город энергетически самодостаточным, это вопрос климата, «зеленых» инвестиций и инноваций. И третьей проблемой является, разумеется, транспорт, потому что Прага – это город с историческим центром, где пропускная способность дорог не соответствует количеству машин. Этот вопрос нужно решать путем инвестиций в общественный транспорт и современные технологии.

У вас имидж очень демократичного мэра, которого запросто можно встретить на Йиржаке или в баре. Это помогает в решении проблем?

Конечно, я был на днях на мероприятии «Пиво с мэром», и раздавал пражанам газету Piratské listy («Пиратские новости», Зденек Гржиб является членом Пиратской партии. - Vinegret.cz). Мы считаем важным доносить до людей информацию о состоянии дел в городе и стране.

Над материалом работали: Фарида Курбангалеева, Дарья Жданова, Юрий Мирзоев

 

Подписывайтесь на наш Telegram-канал, там новости выходят быстрее


Читайте также:

В чешском зоопарке родились редкие котята
Телескоп «Джеймс Уэбб» сделал рекордно четкие снимки колец Нептуна