История медицины: пражский след

История медицины: пражский след

История медицины: пражский след

Гарольд Коул Уоткинс, главный химик американской фармацевтической компании Massegill, 17 января 1939 года был найден мертвым в кухне собственного дома. Причина смерти – самоубийство выстрелом в сердце.

Мотив же самоубийства 58-летнего ученого мужа заключался в другом. В 1932 году немецкий бактериолог Герхард Домагк, продолжая опыты своего знаменитого соотечественника Пауля Эрлиха, создавшего первое эффективное лекарство от сифилиса сальварсан, обнаружил, что один из темно-красных азотокрасителей, останавливает рост бактерий стрептококка в чашках Петри. Эксперименты на подопытных мышах показали, что он также излечивает их от заражения стрептококком. Так был открыт препарат, получивший название Prontosil, запатентованной компанией Bayer. Вскоре ученые из института Пастера в Париже, ссылаясь на французский закон 1844 года, запрещающий патентование в области фармацевтики, опытным путем разработали свой аналог препарата, одновременно установив, что сам по себе пронтозил лекарством не является, но метаболизируется в организме в более простое соединение – сульфаниламид, которое и обладает антибактериальным эффектом.

Так началась эра химических антибактериальных препаратов. Большим спросом препараты сульфаниламида пользовались в Соединенных Штатах. Одним из крупнейших производителей лекарства была компания SE Messengill Co. в Бристоле, штат Тенесси. Препарат продавался в виде порошка и в таблетках. Это было вполне удобно для лечения взрослых пациентов, но дети зачастую отказывались принимать лекарство в таком виде. Горькое. Так производителям и пришла в голову «счастливая» идея создать специальный сладкий лечебный сироп для детей.

Задача оказалась не такой простой, как мыслилось. Выяснилось, что сульфаниламид невероятно сложно растворить. Главный химик компании несколько недель бился над этой задачей, пока, наконец, его усилия не увенчались торжеством. В итоге появился идеальный набор ингредиентов, включающий сульфаниламид, экстракт малины, сахарин, карамель, растворитель диэтиленгликоль (использовавшийся в качестве ингредиента в антифризах) и воду.

В конце августа 1937 года началось производство лечебного сиропа, а в сентябре первые партии уже поступили в продажу. Врачи, с нетерпением ждавшее появления лекарства в таком удобном для употребления виде, встретили его с большим энтузиазмом и принялись выписывать как детям, так и взрослым. Казалось, счастливы все: производитель, доктора и пациенты. Пока дети не начали умирать.

Первая телеграмма, присланная врачами из Оклахомы, сообщала о смерти шестерых детей, принимавших препарат. Все они скончались от фарингита с очень сходными признаками.

Вскоре появились известия о новых смертях. Федеральное управление по санитарному надзору начало расследование. Малиновый сироп был запрещен к продаже. Агенты управления были отправлены во все уголки страны с целью поиска и изъятия лекарства из аптек и у конечных покупателей. Это была титаническая работа, ибо препарат успели поставить в 32 штата, и он довольно быстро разошелся.

О том, как работали агенты возможно когда-нибудь снимут фильм, из истории можно извлечь множество интересных детективных сюжетов. Но сейчас речь не об этом.

Всего было изготовлено 908 литров эликсира. Конфисковать удалось 95% от этого объема. 399 человек подверглись воздействию препарата. Для 105 из них оно оказалось фатальным. Самой старшей из жертв было 77 лет, самой младшей – 6 месяцев.

Мать одной из умерших девочек, написала письмо президенту Рузвельту, в котором описывала смерть своего ребенка «я вижу, как ее маленькое тельце корчится в судорогах, слышу, как она своим слабым голоском кричит от боли, и это сводит меня с ума» и просила принять меры, чтобы подобное не могло повториться.

Проблема была в том, что препарат поступил в продажу, не пройдя клинических испытаний. С сульфаниламидом было все в порядке. Дело было в растворителе диэтиленгликоле, вызывающим тяжелое поражение почек.

В итоге в июне 1938 года в США был принят закон, обязывающий производителей тщательно проверять и доказывать безопасность производимых ими лекарств. Глава компании Массенгилл отделался довольно незначительным штрафом. Химику, придумавшему формулу смертельного эликсира, обвинения предъявлены не были. Он сам вынес себе приговор и сам привел его в исполнение выстрелом в сердце. Но какое, спросите вы, эта история имеет отношение к Праге? Опосредованное, но имеет.

27 мая 1942 года в Праге было совершено покушение на и.о. рейхспротектора Рейнхарда Гейдриха. Гейдрих получил перелом ребра и осколочное ранение селезенки. Раны, несмотря на то что в них попали металлические осколки и часть обивки сидения, не были смертельными. Потерпевшего отвезли в больницу «На Буловке» где он тут же был прооперирован. В тот же день в Прагу для лечения важного нацистского бонзы прибыл личный врач Гимлера Карл Гебхард. Спасти Гейдриха ему не удалось. Через 8 дней пациент скончался от развившейся раневой инфекции. Личный врач Гитлера Теодор Морель предположил, что Гейдрих бы наверняка выжил, если бы Гебхард применил сульфаниламид.

Действительно, по какой причине (заговор с целью погубить, или что-то еще) Гебхард не воспользовался единственным на тот момент действенным антибактериальным препаратом, неизвестно. Однако оправдываться врачу пришлось. Гимлер предложил своему врачу доказать, что сульфаниламиды бесполезны при лечении подобных травм. И Гебхард, спасая свою шкуру, рьяно принялся за работу. Опыты он проводил над заключенными в женском концентрационном лагере Равенсбрюк. Подопытным наносились раны, которые затем инфицировались различными возбудителями инфекций. Для того, чтобы имитировать боевые ранения, вместе с микробами в раны набивали битое стекло, опилки грязь и тп. В качестве лекарства заключенные получали сульфаниламид.

И, к ужасу Гебхарда, никто из них не умер!

Тогда последний стал искать способы усилить инфекцию, перекрывал кровоток в поврежденных мышцах и пускался на другие хитрости. Его старания увенчались успехом. У «пациенток» просто не было шанса выжить. Слишком уж высокой была заинтересованность в обратном у их врача.

В экспериментах Гебхарду ассистировала женщина Герта Оберхойзер. Именно она отбирала потенциальных жертв, она же наносила им увечья, и она же в конце концов вводила им дозу смертельной инъекции. В 1946 году оба Карл Гебхард и Герта Оберхойзер предстали перед судом на Нбрнбергском процессе. Гебхард был приговорен к повешению и казнен 2 июня 1948 года, Герта – единственная обвиняемая женщина на процессе – к 20 годам тюрьмы. В 1951 году срок был снижен до 10 лет, а в 1951 году она была досрочно освобождена и продолжила карьеру врача.

В конце концов она даже стала героиней одной из романтических книг, рассказывающих о непростой судьбе женщины, которая больше всего на свете хотела быть хирургом, но не могла им стать из-за того, что женщины в ее время не могли получить соответствующего образования. Пожалуй, это история о том, какую роль в судьбах разных людей на разных континентах сыграл один лекарственный препарат. 

Намного больше медицинских историй, связанных с Прагой непосредственно, услышат участники экскурсии «Прага: история медицины (Часть 1)». Ее в субботу, 5 февраля, проведет клуб "Пражский путешественник". Начало в 10:30.

Стоимость участия - 250 крон. 

Для записи пишите в личку Konstantin Gerbeev, или на kgerbeev@gmail.com, или звоните 775634556

Дополнительную информацию можно найти здесь. 


Читайте также:

Правительство Чехии решило продлить чрезвычайное положение
Украинские артисты Constantine, Ingret и Тонка выступят в Праге. Для беженцев вход бесплатный

Вам может быть интересно